Подкаст с д-ром Готфильд Орит – Лучевая терапия в онкологии: когда и зачем

Д-р Готфильд Орит:
Я почти всегда вижу одну и ту же реакцию.
Человек слышит слово «облучение» — и внутри сразу появляется напряжение.
Иногда это видно сразу, иногда — по вопросам, которые задают чуть позже.

Многие представляют себе что-то болезненное, тяжёлое, почти разрушительное для организма.
И поэтому первое, что мне важно сказать спокойно и честно: сама процедура лучевой терапии не причиняет боли.
Во время сеанса пациент ничего не чувствует. Нет ни боли, ни жжения, ни каких-то ощущений в момент облучения. Это очень похоже на МРТ, пациент лежит, что то шумит вокруги через пару минут всё заканчивается.

То, что действительно может вызывать сложности, — это побочные эффекты, и они зависят от многих факторов.
От того, какую область мы лечим, какая доза используется, как организм конкретного человека реагирует на лечение.

И здесь очень важно не обобщать.
У одного пациента лечение проходит почти незаметно для повседневной жизни.
У другого могут появляться утомляемость, кожные реакции или другие симптомы — и к этому мы готовимся заранее.

Мне важно, чтобы пациент понимал: мы не «начинаем лечение и смотрим, что будет».
Мы обсуждаем возможные эффекты заранее, объясняем, что является нормальной реакцией, а что — поводом обратиться к врачу.
В большинстве случаев побочные эффекты можно контролировать и корректировать.

Часто в процессе лечения люди говорят мне: «Я ожидал, что будет намного тяжелее».
И это, пожалуй, самая частая фраза, которую я слышу после первых недель терапии.

Д-р Готфильд Орит:
Это один из самых частых и самых логичных вопросов.
Пациенты действительно часто думают: «Если опухоль можно удалить — зачем ещё что-то делать?»

И здесь важно сразу сказать: лучевая терапия никогда не назначается “на всякий случай”. У неё всегда есть конкретная цель.

Иногда мы используем лучевую терапию до операции — чтобы уменьшить опухоль, сделать вмешательство более точным или менее травматичным.
В других ситуациях — после операции, когда мы хотим снизить риск того, что болезнь вернётся в этой же зоне.

Бывают и случаи, когда лучевая терапия становится основным методом лечения, без хирургии вообще.
Это зависит от типа опухоли, её расположения и от того, как мы можем добиться наилучшего результата с наименьшим риском для пациента.

Я часто говорю пациентам: операция и лучевая терапия — это не конкуренты.
Это инструменты, которые могут дополнять друг друга.
Иногда нужен только один из них, иногда — комбинация, и решение всегда принимается исходя из конкретной ситуации, а не по шаблону.

Важно и то, что такие решения принимаются не в одиночку.
Обычно в них участвует команда — хирурги, онкологи, радиологи.
И задача этой команды — выбрать путь, который будет и эффективным, и оправданным именно для этого человека.

Д-р Готфильд Орит:
Формально — да, существует несколько видов.
Но я всегда останавливаюсь здесь, потому что именно в этот момент многие пациенты начинают теряться.

Человек слышит слова вроде «внешняя лучевая терапия», «стереотактическая», «точечная», и возникает ощущение, что нужно срочно во всём этом разобраться.
На самом деле пациенту не обязательно знать названия методов — важнее понять логику.

Если объяснять совсем просто, то идея всегда одна: мы хотим доставить дозу излучения максимально точно в опухоль и при этом как можно меньше задеть здоровые ткани вокруг.

Технически это можно сделать разными способами, и здесь уже вступают в игру детали — расположение опухоли, её размер, подвижность органов рядом.
Иногда подходит один метод, иногда — другой.

Я часто говорю пациентам: не нужно выбирать «тип лучевой терапии» самостоятельно. Это не экзамен и не вопрос правильного ответа.

Наша задача — подобрать способ, который будет наиболее точным и безопасным именно в вашей ситуации.
А все эти термины — это, по сути, инструменты, которыми мы пользуемся внутри профессиональной команды.

Д-р Готфильд Орит:
Это два разных метода лечения с разным механизмом действия.

Химиотерапия воздействует на весь организм.
Лучевая терапия — локальная, она направлена на конкретную область.

Поэтому и побочные эффекты у них разные.
Нельзя сказать, что один метод «легче» или «тяжелее» — всё зависит от ситуации и цели лечения.

Так же важно отметить что в некоторых случаях мы комбинируем лечение и пациенты проходят курс облучения параллельно системному лечению как химиотерапия или имуннотерапия.

Д-р Готфильд Орит:
Изменения очень значительные.
Современная лучевая терапия — это высокоточная медицина.

Мы используем сложные системы планирования, визуализацию, контроль положения пациента.
Всё это позволяет повысить эффективность лечения и снизить риск побочных эффектов.

К примеру, сегодня мы стараемся делать симуляцию(планирование плана облучения) методом МРТ и тем самым снизить количество облучения что получает пациент то и во время лечения. Это очень важно и не в каждом центре мира есть такая технология.

Д-р Готфильд Орит:
Перед началом лечения проводится этап планирования. Он включает визуализацию, расчёт дозы, настройку оборудования. Обычно этап планирования занимает от пару дней до недели. На основе этой программы облучения, проходит весь этап лечения и тут мы стараемся быть идеальными, так что бы не оставалось сомнения по поводу зоны и количества облучения что пациент должен получить.

Сами сеансы, как правило, короткие и проходят несколько раз в неделю. Пациент после процедуры может возвращаться к обычной жизни.

Д-р Готфильд Орит:
Я начну чуть издалека, потому что здесь часто возникает путаница.
Многие представляют себе, что лечение начинается сразу — пришёл и тебя начали «облучать». На самом деле это не так.

Перед началом есть этап планирования, и он очень важный.
Мы делаем визуализацию, рассчитываем дозы, настраиваем всё под конкретного человека. Это не формальность — это основа того, чтобы лечение было точным и безопасным.

Иногда пациенты удивляются, что этот этап занимает время, и спрашивают:
«Почему нельзя начать быстрее?»
Но именно здесь мы закладываем качество всего лечения.

Сами сеансы обычно короткие.
И в какой-то момент люди говорят: «Я ожидал, что это будет выглядеть совсем иначе».

Д-р Готфильд Орит:
Здесь как раз нет «примерно одинаково».
И я всегда подчёркиваю это сразу, потому что ожидание шаблона часто мешает.

Даже при одном и том же диагнозе у двух пациентов лечение может выглядеть по-разному. Мы учитываем анатомию, расположение опухоли, сопутствующие заболевания, предыдущие этапы лечения.

Иногда пациенты говорят: «А моему знакомому делали иначе».
И это нормально — потому что ситуации редко бывают идентичными.

Моя задача — не следовать схеме, а понять, какой вариант в данный момент будет наиболее оправданным и безопасным для конкретного человека.

Д-р Готфильд Орит:
Эффективность оценивается с помощью визуализации, клинического наблюдения и динамики симптомов.

Важно понимать, что эффект от лучевой терапии может проявляться постепенно, не сразу. В некоторых случаях эффект облучения виден через пару месяцев с момента завершения облучения.

Д-р Готфильд Орит:
Этот вопрос часто возникает, и важно дать на него точный ответ.

Сама лучевая терапия всегда проводится в государственных больницах. Облучение проводится с использованием одних и тех же аппаратов, в соответствии с одними и теми же медицинскими протоколами, и качество лечения не отличается.

Разница заключается в этапе консультаций и сопровождения.

В частных клиниках пациенты обращаются за консультацией, чтобы подробно понять полученные рекомендации, изучить альтернативы или договориться о дальнейших действиях до начала лечения.

Д-р Готфильд Орит:
Второе мнение уместно всегда, когда у пациента есть сомнения или вопросы.

Иногда оно подтверждает первоначальный план, иногда помогает рассмотреть альтернативы.
Главное — чтобы пациент чувствовал уверенность в принимаемых решениях.